Илья Абрамов прокомментировал для портала Proбанкротство спор об оспаривании дарения имущества бывшим руководителем банка
20 августа 2026 года
Советник OMNI LEGAL Илья Абрамов прокомментировал для Proбанкротство дело о признании недействительным договора дарения недвижимости, заключенного до судебного взыскания с должника убытков.
В рамках банкротства Натальи Козыревой финансовый управляющий оспорил передачу нежилого помещения ее сыну. Договор дарения был заключен в сентябре 2015 года. В июле 2017 года с Козыревой взыскали 19,6 млн рублей убытков, причиненных «Трансинвестбанку» действиями, совершенными в 2012–2013 годах.
Суд первой инстанции признал дарение недействительным. Апелляция отменила определение, посчитав, что на момент сделки обязательство перед кредитором еще не возникло, а передача имущества носила внутрисемейный характер. Арбитражный суд Московского округа не согласился с таким подходом и оставил в силе определение первой инстанции.
Кассация указала, что обязательство по возмещению вреда возникает в момент его причинения, независимо от даты судебного решения, подтверждающего ответственность и размер взыскания.
Суд также учел осведомленность должника о банкротстве банка и возможном привлечении к ответственности, безвозмездную передачу недвижимости сыну и последующую продажу помещения третьему лицу. Договор дарения признали недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ.
Илья Абрамов поддержал вывод кассации о моменте возникновения обязательства. Судебное взыскание убытков подтвердило ответственность за ранее совершенные действия, поэтому отсутствие решения на дату дарения само по себе не свидетельствовало об отсутствии долга.
Вместе с тем эксперт обратил внимание на обоснование недействительности сделки. Дарение состоялось за пределами трехлетнего периода подозрительности, что требовало разграничить специальные основания оспаривания по закону о банкротстве и общие основания, предусмотренные ГК РФ.
В рамках банкротства Натальи Козыревой финансовый управляющий оспорил передачу нежилого помещения ее сыну. Договор дарения был заключен в сентябре 2015 года. В июле 2017 года с Козыревой взыскали 19,6 млн рублей убытков, причиненных «Трансинвестбанку» действиями, совершенными в 2012–2013 годах.
Суд первой инстанции признал дарение недействительным. Апелляция отменила определение, посчитав, что на момент сделки обязательство перед кредитором еще не возникло, а передача имущества носила внутрисемейный характер. Арбитражный суд Московского округа не согласился с таким подходом и оставил в силе определение первой инстанции.
Кассация указала, что обязательство по возмещению вреда возникает в момент его причинения, независимо от даты судебного решения, подтверждающего ответственность и размер взыскания.
Суд также учел осведомленность должника о банкротстве банка и возможном привлечении к ответственности, безвозмездную передачу недвижимости сыну и последующую продажу помещения третьему лицу. Договор дарения признали недействительным на основании статей 10 и 168 ГК РФ.
Илья Абрамов поддержал вывод кассации о моменте возникновения обязательства. Судебное взыскание убытков подтвердило ответственность за ранее совершенные действия, поэтому отсутствие решения на дату дарения само по себе не свидетельствовало об отсутствии долга.
Вместе с тем эксперт обратил внимание на обоснование недействительности сделки. Дарение состоялось за пределами трехлетнего периода подозрительности, что требовало разграничить специальные основания оспаривания по закону о банкротстве и общие основания, предусмотренные ГК РФ.
«Поскольку суд пришел к выводу о том, что данная сделка была совершена во вред кредиторам, но за пределами трехлетнего срока подозрительности, то все презумпции, которые дает закон о банкротстве, в данном случае не работают, и заявителю (финансовому управляющему) нужно в общем порядке доказывать весь состав недействительности сделки».
По мнению эксперта, результат рассмотрения спора обоснован: обстоятельства дарения на фоне банкротства банка ставят под сомнение обычный внутрисемейный характер сделки. Однако мотивировка требовала более подробного обоснования применения статей 10 и 168 ГК РФ без опоры на специальные банкротные презумпции.
Практический вывод: отсутствие судебного решения о взыскании убытков на дату отчуждения имущества не исключает оспаривания сделки. Вместе с тем за пределами периода подозрительности заявителю необходимо доказать основания ее недействительности по общим нормам ГК РФ.
С полным материалом можно ознакомиться на портале Proбанкротство.
Практический вывод: отсутствие судебного решения о взыскании убытков на дату отчуждения имущества не исключает оспаривания сделки. Вместе с тем за пределами периода подозрительности заявителю необходимо доказать основания ее недействительности по общим нормам ГК РФ.
С полным материалом можно ознакомиться на портале Proбанкротство.
Форма обратной связи